Шведский форвард; Филадельфии; Оскар Линдблум победил рак и приступил к тренировкам

«Мои друзья с онкологией уже ушли»: каково это — бороться с саркомой

Год назад Никита Шалагинов узнал, что болен эпителиоидной саркомой мягких тканей. Он уже прошел лечение в Корее и Германии, но рак не отступил. Сейчас Никита борется не только с саркомой, но и с отсутствием в России информации о раке — он создал портал, который помогает выздороветь другим людям.

Никита Шалагинов, 21 год

О диагнозе

В десятом классе у меня появилась незаживающая болячка на большом пальце руки — тогда врачи поставили диагноз «остеомиелит». Мне периодически делали некрэктомию (удаление нежизнеспособных тканей. — Прим. ред.) под местной анестезией. В 17 лет я решил переехать с Камчатки в Москву, и перед отъездом мне сделали первую серьезную операцию под общим наркозом. Четыре месяца все было в порядке, но потом воспаление вернулось. Я обратился в ЦИТО (Центральный научно-исследовательский институт травматологии и ортопедии в Москве. — Прим. ред.). Там меня снова прооперировали и восстановили фалангу — от постоянных чисток она была согнута. Спустя два года все повторилось: тот же диагноз, та же операция, которая снова не помогла. Вскоре меня вызвали в клинику и сообщили, что по результатам гистологии в тканях обнаружили атипичные клетки. Я не знал, что после любой операции удаленные ткани должны направлять в лабораторию, чтобы проверить, нет ли там злокачественных клеток. Мне же гистологию сделали спустя три года после первой серьезной операции. Врач написала названия разных онкоцентров и сказала: «Слушай, там будут спрашивать, почему мы тебя раньше не направили. Понимаешь, мы просто этого не видели». Думаю, она поняла, как они ошиблись.

Пока я ехал в Онкологический научный центр имени Блохина, мама решила, что я буду лечиться в Корее. У нее на работе собирали деньги на лечение там для дочери сотрудницы. Девочке поставили диагноз «саркома», но в Корее выяснилось, что это остеомиелит, и ей очень быстро помогли. Если честно, я рассчитывал на такой же исход. В Блохина врач взял с меня пять тысяч рублей за пятиминутную консультацию. К идее о лечении в Корее он отнесся скептически. Сказал, что ничего об этом не слышал, а те, кто уезжает из России лечиться в другие страны, совершают большую ошибку.

Читайте также:  Фурункул прорвался что делать дальше и чем лечить

Публикация от Shalaginov Nikita (@nikita_shalaginov) Фев 8 2017 в 4:08 PST

О лечении в Корее и Германии

В Корее при каждом медицинском центре есть фирма-куратор, которая направляет иностранцев в клинику. Все организовано на высшем уровне: тебя встречают в аэропорту, помогают с заселением и решают любые вопросы. Дополнительно ты ничего за это не платишь — все включено в лечение. Уже на следующий день после приезда я был в клинике, а еще через день меня отправили на полное обследование. Анализы выявили пораженные клетки в руке и в подмышке, а проведенная после биопсия показала, что это эпителиоидная саркома мягких тканей (саркома — это общее название злокачественных опухолей, которые отличаются очень быстрым ростом и частыми рецидивами. — Прим. ред.).

Я хорошо помню момент, когда врач сообщил о диагнозе. Было ощущение, что в голове ударил колокол. В экстремальных ситуациях человек либо не понимает, что делать, либо берет себя в руки. Я почувствовал невероятную энергию и собранность. Подошел к отцу, который сидел сзади с зеленым лицом, обнял его и сказал, что все будет хорошо и ему не стоит волноваться. Я сразу же стал обсуждать с профессором свое лечение. Помню, что раз пять спросил, вовремя ли мы приехали. Потом была операция, которая длилась около девяти часов: хирурги удалили лимфоузел и то, что к тому времени осталось от пальца. Потом были тридцать три курса лучевой терапии, после — шесть курсов химии.

На последнем курсе химии врачи заметили небольшой прыщик на ладони. Биопсия показала, что саркома вернулась. Профессор был в шоке, потому что после лучевой терапии риск локального рецидива сводится к нулю. Он предложил еще один курс химии, но я отказался. Я понял, что лечение мне не помогло, а еще одна химия могла только усугубить проблему. Мы с родителями решили поехать в Германию, потому что там проводят еще и гипертермию (применение тепловой энергии в лечении. — Прим. ред.), омелотерапию (лечение препаратами на основе омелы. — Прим. ред.) и иммунотерапию — ее смысл в том, чтобы с помощью вакцины научить клетки кожи находить опухоль и бороться с ней.

В Мюнхене мне сделали МРТ: выяснилось, что в сухожилии развивается опухоль, а еще что-то появилось в подмышке. Я нашел отличного профессора в частной клинике Берлина, и он сделал мне очередную операцию. Опухоль в лимфоузле оказалась мертвой, но у меня появились узелки рядом с подмышкой. Это снова была саркома. Профессор предложил два варианта: понаблюдать за саркомой или сразу же провести комплекс гипертермии, омелотерапии и иммунотерапии. Я выбрал второе. В тот момент я был согласен на любое действие и совсем не думал о том, как это может отразиться на организме. Лечение не помогло, и из-за него сейчас у меня вся рука как после гранаты — в дырках от вакцин.

Читайте также:  Формирование миропонимания и нравственной жизненной позиции у воспитанников

Я решил прекратить лечение в Германии. Было тяжело расставаться с профессором: он относился ко мне как к сыну и делал все, чтобы помочь. Но он был зациклен на одном направлении лечения, которое не сработало. Я нашел несколько клиник в Америке и Великобритании, которые были готовы меня принять на их клинические исследования препаратов. Вскоре я попал на консультацию в Англии, но врач подтвердил то, что я уже неоднократно слышал — лечиться нужно в США, потому что только там мне могут реально помочь. Совсем скоро я поеду в Америку на клинические испытания.

Никита Леонтьев

  • Ход лечения
  • Оказанная помощь

24.04.2020 Случилась огромная и совершенно неожиданная беда. Вчера умер Никита Леонтьев.
У Никиты был очень тяжелый случай саркомы Юинга — метастазы, большой размер опухоли. Тем не менее врачи боролись за мальчика, и казалось, что у него есть шансы. Несколько дней назад Никите начали очередной плановый блок химиотерапии. Казалось бы, мальчик был в довольно стабильном состоянии. И. у него внезапно остановилось сердце. Врачи ничего не успели сделать.
Светлая память. Сил маме.

14.04.2020 Никиту отпустили домой на перерыв между блоками, анализы в норме, мукозит и прочие побочные явления вылечены в том числе с использованием препарата «Микамин».

30.03.2020 Мы закрываем сбор средств для Никиты. Вся необходимая сумма собрана. Спасибо! Найти свое пожертвование можно на вкладке «Оказанная помощь» или в «Отчете о поступлениях».

23.03.2020 У Никиты саркома левой подвздошной кости, мальчик лечится в Московском областном онкодиспансере в Балашихе с конца декабря. В данный момент на фоне очередного блока химиотерапии у Никиты аплазия кроветворения, сепсис и мукозит. Для лечения ему необходим противогрибковый препарат «Микамин», в лекарстве нуждаются и другие пациенты отделения. Всего собрать необходимо 474 000 рублей.

Здесь можно найти пожертвования, сделанные в 2016 и в 2017 годах. Пожертвования за предыдущие годы, а также отчет о тратах фонда, можно найти в разделе Отчеты о поступлениях и тратах фонда.

Тяжелобольной 17-летний краснодарец нуждается в средствах на лечение

Подарить шанс на жизнь. Семнадцатилетний краснодарец Никита Никифоров борется со страшной болезнью – саркомой. Несколько месяцев парень проходит курс химиотерапии. Но спасти его может только дорогостоящая трансплантация. Такая операция стоит больших денег. Необходимо девять миллионов рублей.

– Мечтаю скорее выздороветь и выспаться. Наконец, закончить учебу с отличием. К сожалению, сейчас пока что это задерживается все. Но я надеюсь, что я очень скоро восстановлюсь и смогу закончить училище и поступлю куда-нибудь, и получу престижную профессию. Собственно, мне больше ничего и не надо, – признался Никита Никифоров, пациент онкологического отделения детской краевой больницы.

Читайте также:  Таблица размеров детской одежды

Семнадцатилетний Никита Никифоров всегда отличался хорошим здоровьем. Отличник, спортсмен, надежный друг, заботливый брат и любящий сын. Летом прошлого года жизнь Никиты превратилась в кошмар – череда обезболивающих уколов, консультаций у врачей и обследования. Сильные боли в тазобедренном суставе заставили юношу отказаться от занятий футболом. Все, что он может себе сейчас позволить – редкие и очень короткие прогулки во дворе больницы.

– В последнее время, в последнюю неделю боли очень сильные. Мне это как матери очень тяжело, – говорит мама Никиты.

Страшный диагноз – саркома Юинга прозвучал в январе нынешнего года. С тех пор Никита мужественно сражается с недугом. До сих пор его организму удавалось противостоять раку. Он прошел уже несколько курсов химиотерапии. Спасти жизнь краснодарскому мальчику пытались в Санкт-Петербурге. Там специалисты должны были «перезапустить» иммунную систему с помощью его же стволовых клеток. Но сделать этого не удалось. А в последнее время саркома начала прогрессировать.

– У него был болевой синдром. Он есть и сейчас, уже, конечно, в более меньшей степени, чем при первичном поступлении, потому что лечение ребенку проводится. Он получает практически высокодозную химиотерапию, которая оказывает, естественно, свой эффект, приостанавливает рост опухоли, но здесь все связано с тем, что она локализуется в таком месте, в котором прооперировать ее радикально невозможно, – рассказал врач онкологического отделения детской краевой больницы Михаил Мельников,

Надежда на выздоровление есть. Но лечение стоит огромных денег – более девяти миллионов рублей. Собрать такую сумму матери-одиночке Алене Нечаевой не под силу. И письма с просьбой спасти сына разлетелись по социальным сетям. Благодаря неравнодушным пользователям всемирной паутины уже удалось скопить небольшую сумму. Но это – только десятая часть.

– Никита был опора семьи, я надеюсь, что еще будет. Потому что, я думаю, что, даже не думаю, верю, что будет все хорошо и что мы его вылечим. Это единственное мое желание на данный момент. Других желаний нет вообще, – призналась мать Никиты Никифорова Алена Нечаева.

Времени на спасение остается все меньше. Для того, чтобы помочь молодому парню осуществить его мечту, достаточно отправить средства на карту сбербанка, ее номер 4817 7600 7732 6951. Это счет их семьи.

– Хотелось бы, чтобы поскорее все закончилось, но понимаю, что еще столько вытерпеть надо, – говорит Никита.

Ссылка на основную публикацию
Чтобы впасть в кому, подростку достаточно 100 гр
"Часы покоя и минуты ужаса". Откровения московского реаниматолога Отчего люди впадают в кому? Как лечат больных в вегетативном состоянии? Какие...
Что такое санация полости рта у детей
Как получить справку о санации полости рта? | Стоматология Ас-Стом | Санкт-Петербург (СПб) Справка о санации полости рта — документ,...
Что такое селфхарм и откуда он берется — Афиша Daily
«Говорили, что я ничтожество и слабак». Истории людей, которые занимаются самоповреждением Виталий, 32 года, Владивосток Примерно в пять лет мама...
Чтобы не болела голова! 10 способов избавится от похмелья
Порядок действий, чтобы утром не было похмелья Встречи с родственниками и торжества с друзьями практически всегда сопровождаются распитием алкогольных напитков....
Adblock detector